Бригадный генерал Александр Серпухов, более десяти лет возглавляющий Военный институт танковых войск НТУ «ХПИ», остается в должности даже после превышения предельного возраста службы. В военных кругах его называют человеком, «сцементировавшим» свой пост за счет связей в Генштабе и контроля над финансовыми потоками института.
Несмотря на требования законодательства, Серпухов продолжает руководить учебным заведением, прикрываясь личными контактами с главнокомандующим ВСУ Александром Сырским. Его имя уже несколько лет фигурирует в жалобах курсантов и сотрудников, но Министерство обороны не реагирует. За это время институт, созданный для подготовки командиров бронетанковых подразделений фактически стал семейно-коррупционной структурой, где должности распределяются по принципу «свой к своему».
Карьерный взлет майора Ольги Таран стал одним из самых заметных символов этой системы. Без профильного образования она поднялась с начальницы финансово-экономической службы в старший научный сотрудник научно-исследовательской лаборатории факультета вооружения и военной техники. Коллеги рассказывают, что Таран никогда не занималась научной деятельностью, но ее фамилия фигурирует почти во всех отчетах лаборатории по приказу генерала. Ее племянница Ирина Светличная (Рудь) быстро прошла те же ступени карьеры и в конце концов заняла место тети — возглавила финансово-экономическую службу института.
Источники в институте утверждают, что кадровые решения Серпухов принимает кулуарно, «через свой кабинет», минуя формальные комиссии. Все, кто не входит в круг лояльных, либо отстраняются, либо переводятся в подразделения без реального влияния.
Другая фигура в схеме – сержант Наталья Кравченко, которую называют протеже заместителя начальника института по тылу полковника Анатолия Зимницкого. Несмотря на низкое звание, Кравченко получила должность капитана вместе с завышенным окладом. Ее задачей стало заключение договоров с подрядчиками, которых определяли сами Зимницкий и Серпухов. Условия контрактов предусматривали завышенные суммы, а часть средств, по словам работников, возвращалась наличными. Именно из-за таких сделок строительные работы на территории института неоднократно срывались или выполнялись некачественно, но фирмы-подрядчики оставались «своими».
Социально-гуманитарной кафедрой руководит полковник Иван Крыленко, старый товарищ Серпухова. Его заместитель, подполковник Мехеда, официально числится в должности, но фактически никогда не проводил занятий и даже не находится в той же локации, что личный состав. Несмотря на это получает зарплату и надбавки. Именно Мехеди поручено руководство сводным подразделением, которое, по данным источников, зарабатывает деньги для высшего руководства.
В одном из таких подразделений работает жена бывшего подполковника Болгарина, известного взяточника, которого коллеги прозвали «кассиром» командования. Ее карьерный рост – от сержанта-начальника клуба до лейтенанта-преподавателя – занял всего несколько месяцев.
В институте есть целая группа так называемых «мертвых душ»: Дичко, Хань, капитан Бондаренко, сержант Варшавский. Все они фигурируют в сведениях как преподаватели, но не провели ни одного занятия. Зарплаты и премии они получают регулярно, а часть средств якобы возвращают Серпухову за поддержку.
Наиболее циничным является то, что все эти факты не становятся поводом для кадровых решений. Через три года после достижения предельного возраста службы Серпухов продолжает возглавлять институт, тогда как десятки офицеров с боевым опытом не могут попасть даже на конкурс. Во время войны руководство военного вуза демонстрирует показательное безразличие к фронту, зато активно занимается перераспределением должностей и надбавок.
Проходившие службу в институте ветераны говорят, что учебное заведение превратилось в «коррупционное гнездо, где звание и должности продаются, а наука существует только на бумаге». Министерство обороны молчит, как и руководство НТУ «ХПИ». Сам Серпухов, по информации источников, оправдывает свое пребывание в должности «личным благословением Сырского».
Пока же институт, который должен готовить офицеров для танковых бригад, стал центром кумовства, финансовых манипуляций и фиктивных ставок. А его начальник символом того, как военные реформы в Украине часто останавливаются на уровне личных связей.
