В разгар полномасштабной войны, когда государственные компании работали в режиме экстренной логистики, перемещая стратегические запасы горючего в более безопасные регионы, рядом с «Укрнафтой» оказался подрядчик, увидевший в войне не угрозу, а возможность для обогащения. Теперь эта история дошла до суда.
Прокуроры Офиса Генерального прокурора передали обвинительный акт в отношении директора частной компании, обвиняемого в завладении средствами государственной нефтяной компании, уклонении от уплаты налогов и служебном подлоге.
В 2023 году "Укрнафта" заключила договор с частным предприятием на транспортировку и экспедиционное сопровождение нефтепродуктов с использованием подъездного железнодорожного пути. Военные условия — нестабильные маршруты, постоянные перемещения, дефицит времени и ограниченные возможности контроля — создали среду, в которой бумажные злоупотребления могли оставаться незамеченными.
Именно на это, по версии следствия, и рассчитывал директор компании-подрядчика. Схема была максимально простой и одновременно эффективной. Обвиняемый систематически подавал «Укрнафте» акты выполненных работ с заведомо ложными сведениями о прибытии и нахождении вагонов с горючим на железнодорожной станции.
На самом же деле эти вагоны туда никогда не прибывали. Данные железнодорожного учета и материалы уголовного производства подтверждают, что значительная часть указанных в документах перевозок существовала исключительно на бумаге. Услуги были фикцией, а акты – инструментом легализации списания средств.
Несмотря на это, государственная компания перечисляла деньги за предоставленные транспортно-экспедиционные услуги. Платежи проходили в обычном режиме – формально документы выглядели корректными, а в условиях войны их содержание не всегда можно было оперативно проверить. В результате сумма нанесенного «Укрнафте» ущерба превысила 16 миллионов гривен.
Параллельно этой схеме директор частной компании, по данным следствия, реализовал еще одно направление злоупотреблений — уклонение от уплаты налогов. Для этого заключались фиктивные договоры с подконтрольными предприятиями, что позволяло искусственно формировать налоговый кредит по НДС без реального осуществления хозяйственных операций. Документооборот создавал иллюзию активной деятельности, в то время как фактически речь шла о банальном занижении налоговых обязательств.
В итоге правоохранители описывают эту историю как классический пример тылового мародерства: война используется как прикрытие, стратегическое горючее как ресурс для обогащения, а бухгалтерия и фиктивные акты как основной инструмент преступления. Без сложных финансовых конструкций, но с точным расчетом на перегруженность системы в военное время.
Теперь дело вышло за пределы кабинетов и бухгалтерских отчетов и перешло в зал суда. Ключевой вопрос — не только в сумме ущерба, а в том, станет ли этот процесс сигналом для других, кто пытался или пытается зарабатывать на войне, прикрываясь «логистикой» и бумажными схемами.
