Высший антикоррупционный суд в ноябре 2025 года избрал меры пресечения семи подозреваемым по делу о хищении около 100 млн долларов и получении неправомерной выгоды от контрактов «Энергоатома». Речь идет о бывшем советнике министра энергетики Игоре Миронюке, исполнительном директоре по безопасности Дмитрии Басове, трех работниках бэк-офиса Игоре Фурсенко, Людмиле Зорине и Лесе Устименко, а также бизнесменах и соучредителях студии «Квартал 95» Тимуре Миндиче.
Следствие НАБУ утверждает, что подозреваемые организовали схему получения 10–15% стоимости контрактов контрагентов Энергоатома. Фигуранты якобы контролировали кадровые назначения, процессы закупок и движение финансов предприятия. Миндич и Цукерман выступали организаторами группы, Миронюк и Басов координировали действия «бэк-офиса» и взаимодействовали с представителями прокуратуры.
По данным следствия, группа использовала кодированные названия для наличных и криптоактивов, а также специальные места для встреч, чтобы скрыть незаконные операции. "Бек-офис" функционировал в квартире бывшего нардепа Андрея Деркача. Легализация средств проходила через три механизма: доставку и смешивание наличных денег, перевод на счета компаний и передача третьим лицам.
Суд принял такие меры: Миронюк — содержание под стражей с залогом 126 млн грн, Басов — 40 млн грн, Фурсенко — 95 млн грн, Устименко — 25 млн грн, Зорина — 12 млн грн. Все они были впоследствии отпущены в залог с возложением обязанностей прибывать в суд и ограничений на передвижение.
В деле также фигурирует бывший вице-премьер-министр Алексей Чернышев. По данным прокурора, он якобы получил в своем интересе значительные суммы из-за «бэк-офиса». Чернышев заявляет, что не участвовал в схеме Энергоатома, а посещал помещение как «интеллектуальный клуб». Суд избрал для него содержание под стражей с залогом 51,6 млн грн, которую внесли физические лица.
Сторона защиты настаивает на отсутствии достаточных доказательств, отмечая, что эпизоды получения средств не доказаны и нельзя утверждать о составлении преступной организации. В свою очередь, прокуроры отмечают системность действий фигурантов, легализацию средств и риски побега.
