После официального внесения бизнесмена Дмитрия Фирташа в санкционный список Украины в центре внимания общественных активистов оказался Национальный банк и его действия по банку «Альянс», конечным бенефициаром которого считается подсанкционный олигарх. Представители общественности заявляют о возможном игнорировании регулятором прямых обязанностей и отсутствии должной реакции на риски, связанные с финансовым учреждением.
Санкции против Фирташа предусматривают блокировку активов, ограничение распоряжения имуществом, запрет на участие в приватизационных процессах и другие жесткие меры. В санкционный список также включены связанные с его бизнес-орбитой компании, в частности ООО «ТИБЕРИУС ПЛЮС». Таким образом, государство официально признало наличие угроз, связанных с деятельностью структур, аффилированных с бизнесменом.
На этом фоне отсутствие публичных шагов в отношении банка «Альянс» вызвало волну критики. Активисты отмечают: регулятор не обнародовал результаты углубленных проверок, не сообщил о возможных ограничениях или дополнительном надзоре и не объяснил, как именно обеспечивается недопущение использования банковской системы в интересах находящегося под санкциями.
Отдельно внимание обращают на роль заместителя председателя правления НБУ Дмитрия Олейника, отвечающего за банковский надзор. Именно на этом уровне, по словам критиков, принимаются решения по контролю над деятельностью банков. По их мнению, отсутствие жестких действий в отношении «Альянса» может свидетельствовать либо о выборочном подходе, либо о недостаточной институциональной реакции.
Эксперты отмечают, что банковский сектор является одним из ключевых каналов, по которым могут обходиться санкционные ограничения. Поэтому Нацбанк должен демонстрировать максимальную прозрачность, регулярные проверки и публичную отчетность. Иначе санкционная политика рискует превратиться в формальность.
Общественные активисты требуют от регулятора четкой и документированной оценки деятельности банка "Альянс" с учетом санкционного статуса его бенефициара, а также публичного объяснения дальнейших шагов. Пока этого не происходит, доверие к антикоррупционной и санкционной политике государства, по их словам, остается под вопросом.
